Интересная история: О службе морской (Часть 2-3-4)

Шрифт

О службе морской

Продолжение интересной истории о срочной службе на флоте

Первая часть тут :

Не хочу останавливаться на теме Русского острова, хотя там тоже произошло много событий, имевших далеко идущие последствия, в тот момент непредсказуемых. Но вернемся на родной корабль.
По возвращении я предъявил командиру "красный диплом" учебки, чем его нисколько не удивил. Ну, и по простоте душевной спросил:- За что, папа? Он мне ответил просто:-Нехуй дергаться, попал на флот-служи. Я ведь с самого начала был в курсе, что ты хочешь слинять на берег и знал, что ничего у тебя не выйдет т.к. это такая тягомотина с изменением твоего срока службы, что никто не будет с этим связываться. Однако, чем то ты прельстил старшего врача полка, что он очень жестко вопрос поставил о твоем переводе перед командованием в связи с недопустимым недостатком кадров, и мне пришлось действовать.
Весь разговор был длинным, нет смысла его воспроизводить, но в результате мы договорились, что, если я год прослужу нормально, он меня отпустит в ВМА.
Буквально через неделю после моего возвращения в родное БЧ, в составе которого был осетин Культахметов и хохол Демьяненко (служащие уже по 4-му году), оба они попадаются на самоходе, пьянке, драке и залетают на 10 суток гауптвахты.
Культ был на тот момент командиром отделения, именно он меня учил всем премудростям штурманского дела, натаскивал по сигнализации светом, в общем всему, что я знал в этом деле, я был обязан ему. Кэп ставит меня командиром отделения рулевых сигнальщиков, вешает мне одну лычку и предупреждает о предстоящих сложностях во взаимоотношениях с бывшими начальниками, а теперь подчиненными. Коню понятно, они не могут быть простыми.
Приходят с губы мои преступники, без особого удивления знакомятся с перестановками (командир отделения стал старшим матросом, старший матрос просто матросом, а салага -командиром отделения). Восторга они не испытывают, что и следовало ожидать, но и враждебности ко мне не выказывают. Протерли эту тему, я не строил из себя командира, но как и писал об этом раньше, у этих ребят уже в крови была ответственность за свое заведование. Обменялись боевыми номерами (такие книжечки, где расписаны твои действия по различным корабельным сигналам, а также перечень матчасти за готовность которой ты отвечаешь головой). Единственное о чем они попросили, оградить их от черных работ на верхней палубе под руководством боцмана. Мне сложно было это обещать, тем более боцман был их годком, и вроде бы им самим проще было бы с ним договориться, но у них были свои резоны.
Пришлось крутиться как уж, что не могло продолжаться вечно, и в один прекрасный момент я пошел вразнос - намертво разругался с боцманом, выпер его из штурманской рубки (секретная часть как никак) и стал его врагом. Факт неприятный, но не так уж и страшный. Командир со мной общается гораздо больше, чем с боцманом, он мне доверяет самостоятельно швартоваться к пирсам и необорудованному берегу, и во время этих швартовок я бегаю с матюгальником по верхнему мостику и командую всей верхней командой включая и Дракона.
Крутой характер боцмана несколько превышал его аналитические способности и врагов он нажил даже в своей боцкоманде. Этот нарыв когда-нибудь должен был вскрыться, и это произошло для меня неожиданно.
Стою я на руле, в рубке один, час ночи. Влетает матрос из боцкоманды:- Давай, вниз!
-А рулить кто будет?
-На одну минутку, не заблудимся, океан большой.
Спускаюсь. Толпа человек 10, на леерах сидит наш Дракон, его аккуратно держат за пятки и высказывают ему свои претензии и тут же приговор-Топить гада!
Мне эта затея не нравится, даже не из жалости к Дракону, из принципа.
- Мужики, вы в своем уме, вы из-за этой гниды в тюрьму захотели сесть?
- Та, булькнет и хрен кто узнает...
Ну я и начал воздвигать национальную рознь:
- Бля.., вы посмотрите друг на друга, когда вас начнуть пытать в прокуратуре, вы уверены, что кто-то из вас не сдаст всех с потрохами? Тут в сторонке стоят пять хохлов, а в старой притче говорилось, если три хохла соберутся вместе- один из них предатель! Лывак (это наш западенец), сдашь кацапов? Или ты Вышник?
-Короче, пацаны, не дуркуйте, набейте Дракону морду и успокойтесь. Не поймет-повторите пока не дойдет.
Вернулся на мостик. Еще целый час оставался до конца вахты, приходит Культ:- Давай я порулю, глянь, похоже Дракон загибается.
В кубрике полумрак, свечу фонариком, вижу абсолютно синюю морду боцмана, огромные синяки на конечностях и туловище, ребра вроде целы, переломов нет. Пару таблеток анальгина с димедролом, а остальное должно лечить время.
На следующий день меня вызывает командир:-Что там с боцманом? Я ни на секунду не сомневался, что кто-то стучит командиру, скорее всего гарсон (матрос, который делает уборку в каютах офицеров, сервирует им стол в кают-компании, как правило назначается на месяц поочередно).
Говорю:-С его слов, упал в боцманскую каптерку с 2-х метровой высоты, переломов нет, множественные ушибы, недели на две вышел из строя.
Командир:- Ну ты его подлечи, две недели это много.
-Ушибы быстрее редко заживают.
Боцман быстро пошел на поправку и физически и психологически, в нем открылись скрытые ранее дипломатические способности. Все вздохнули.
Я, в соответствии с новой должностью, стал ходить в наряд дежурным по кораблю. Построения, инструктажи, контроль за вахтенными, и самое щепетильное - руководство самоходами. Они были в порядке вещей, даже матрос, получивший увольнитеьную, не рисковал идти в город по форме. Там зверствовал комендантский взвод, банда азиатов, занимавшихся самым настоящим беспределом. На моих глазах одного матросика без всяких разговоров закинули в фургон комендантской машины, пинали и били прикладами. Это было среди бела дня в центре города. Поэтому все старались даже в увольнение ходить переодевшись в гражданку.
Гражданскую одежду надо было прятать. Старпом Юля очень любил устраивать шмоны. Однажды я методом перкуссии (спасибо медучилищу) обнаружил за своим шкафчиком для одежды какую-то полость типа канала для кабелей, которая при вскрытии оказалась соизмеримой по объему с самим шкафчиком. Сделать потайную сдвижную стенку из имеющейся было не сложно. Памятуя немецкую пословицу "Что знают двое - знает и свинья", о секретах этой нычки я никому не сказал, даже тем с кем вместе жил в этом кубрике. Однако, принимал на хранение гражданку, водку и другие запретные плоды. При выдаче владельцу, я выставлял его за порог, закрывался в кубрике и через минуту выдавал требуемое. Естественно, коллектив угорал от любопытства, и это тоже приносило коммерческий успех. Предлагал за полчаса найти нычку, ничего не ломая, в случае неудачи штраф- бутылка водки. Количество желающих быстро иссякло.
Так я стал своеобразным барыгой. Через некоторое время мне доверили корабельную кассу. Принцип был простой: все деньги вырученные от продажи на сторону (краска, капроновые тросы, из которых умельца плели маты, продукты браконьерства) шли на общак. Из него любой матрос мог получить сумму необходимую ему для приобретения нужных ему вещей, если ему не хватало собственных средств. Все остальное тратилось на пропой, покупку гражданских шмоток, магнитофонов, швейных машинок (клеш опять входил в моду) и прочих цацок.
Кроме этого у командира тоже был свой корабельный фонд, который пополнялся за счет работы матросов, пока корабль стоял на ремонте, на мясокомбинате. Устраивали туда грузчиками человека 4, а работали посменно все.Приходили с работы как матрос Железняк, обвешанные сосисками, с палками колбасы в штанах.
Вот эти деньги распределял командир. Каждому дембилю заранее заказывали пошив или покупали готовый костюм, рубашки, часы, электробритву, для тех, кто желал продолжать работу в речном флоте- форму, ну и всякие там мелочевки.
Пока стояли в Рыбном порту на ремонте, познакомился с капитанами СРТ (средний рыболовный траулер). Мужики тертые, по 9 месяцев в море, завязаны на БМРТ, но не упускают возможности зайти в иностранные порты и сдыхать свою продукцию за валюту. В разговоре выяснилось, что они большую нужду испытывают в лоциях, особенно западного побережья Северной америки. Оказалось их горю я мог легко помочь. Дело в том, что в городе существовало картографическое отделение ВМФ, где мы по заявке получали бланки карт и лоции без всяких объяснений о цели их использования. Естественно, я помог друзьям, а один из них вручил мне ключи от своей однокомнатной квартиры с единственной просьбой периодически поливать цветы на подоконнике. Я ему это обещать не мог, сами месяцами мотаемся по морю, но ключи взял.
Теперь у нас была конспиративная квартира, куда можно было привести девушку и культурно провести с ней вечер. Уважение команды к моей персоне возросло в геометрической прогрессии. Но был один фактор заставлявший меня откалываться от коллектива. Я серьезно готовился к вступительным экзаменам в академию, но в походе это было невозможным, а во время стоянок мешали алкогольные традиции описанные мной ранее. Дело доходило до того, что в предчувствии начала пьянки, я закрывался в штурманской рубке, затыкал пробкой переговорную трубу, отключал телефон и начинал зубрить физику, химию и немецкий. По мере углубления пьянки народ остро ощущал потребность в общении, вначале просто приглашали выпить по соточке, потом просили, ну а кончалось нередко угрозами и оскорблениями. Наутро извинялись, но повторялось это с удручающей периодичностью.

Кстати о немецком, это особая песня. Я тогда не знал, что из вступительных экзаменов в ВМА был исключен иностранный язык, а так как в школе я его недолюбливал, то этого экзамена боялся больше всех. А тут среди новобранцев к нам на корабль прибыл поволжский немец с известной фамилией Мюллер. Я попросил его натаскать меня в разговорном языке и мы быстро нашли общий язык. Позднее, уже в академии я узнал, что он очень далек от литературного немецкого языка, а представляет собой какую-то смесь австрийского диалекта с голландским языком. Но нашу преподавательницу, которая долгое время работала в Австрии, умилял мой акцент и обороты речи и она неизменно ставила мне пятерки. Видимо поэтому я так и не освоил этот язык.
В 1967 году началось тотальное перевооружение войск ПВО. Мы носились как угорелые переправляя с сухогрузов типа Либерти ракеты на точки. Работали в основном по ночам, соблюдая режим секретности. И тут началась полоса неудач.
Ночью идем к мысу Шипунскому. Штормит. У мыса зона перекрестных ветров, там шторм балла на два сильнее. Вдруг отрубается главный двигатель, затем дизельгенератор, гаснет свет, отключаются все приборы, рулевая машина, корабль теряет ход и управляемость, нас несет на рифы. Не выдерживают талрепы стягивающие створки, они раскрываются и со страшной силой хлопают друг о друга. Кромешная тьма, волны перехлестывающие через палубу, кошмар.
Сто раз проходили мы по этому маршруту и видели как на камнях ржавеет остов такого же как наш корабля, выброшенного в 1954 году. Историю этого кораблекрушения нам рассказывал командир, уточняя, что не выжил никто. Теперь мы оказались в точно такой же ситуации.
Командир на юте собрал всю верхнюю команду и предложил четырем добровольцам добраться на бак и стянуть серьгой створки. Если повредится рамп затопление корабля неизбежно. Стяжку необходимо провести вручную, шпили не работают. Вызвались многие, но наши "старики" их подвинули назад.
Я с мостика видел как они ползком пробирались на бак, захлестываемые волнами, как потом накидывали трос на бьющиеся створки и ломами крутили шпили, чтобы стянуть створки. На какой-то момент показалось, что им это удалось, но вдруг сноп искр от оборвавшегося стального троса вернул все в исходное состояние. К ним на помощь поползли еще два матроса. Вместо обрвавшегося 32 мм троса завели 48 мм. Начали стягивать. Меня командир заставил спуститься на ют и организовать аварийное рулевое управление.
На рулевой вал насадили аварийный румпель ( 4-х метровую трубу) и 8 человек, по 4 с каждой стороны пытались развернуть корабль носом к волне. Попытки были безуспешными, это было ясно с самого начала, корабль не имеющий хода руля слушаться не может. Думаю, что командир приказал это делать, чтобы занять людей и воспрепятствовать панике.
Наконец оглушающий грохот створок прекратился, их стянули. И тут произошло чудо-заработал главный двигатель, затем дизельгенератор, корабль стал управляемым и набирать ход. До гряды рифов оставалось метров 300 не больше.
Разгрузили ракеты в Железной бухте и зашли в Большую Моржовую бухту отдохнуть от шторма, но видно не судьба, нас среди ночи выдернули на разгрузку сухогруза. А шторм все усиливался. Мотало очень круто, я никак не мог пришвартоваться к сухогрузу, стальные тросы рвались как нитки. Командир через мегафон сообщил, что при таком шторме не намерен рисковать кораблем и людьми. На мостик сухогруза вышел генерал-майор, предложил нашему командиру застрелиться или выполнять приказ.
Матросы сухогруза кинули нам капроновые тросы с руку толщиной, эти не рвались а растягивались как резиновые. Корабль бился о борт Либертоса. Открыли лючины трюма, в него вместе с захлестывающей палубу волной покидали ракеты, потом, к нашему ужасу, из грузовой сетки почти с 4-х метровой высоты высыпали в трюм ящики с детонаторами, ящики которые всегда бережно носили на руках. Командир пояснил: -Торгашам за такой груз платят 40% гробовых, им все похеру...
За ночь мы сделали 3 рейса. Только когда забрезжил рассвет я спустился вниз. Жуткая картина, в кубриках разбиты иллюминаторы, воды по колено, плавают матрасы, ботинки, бескозырки, какой-то мусор. Мат - перемат, в общем - ликвидация последствий.
Хочу покаяться, было несколько случаев, когда по моей вине корабль мог пойти ко дну или, по крайней мере, стать причиной если не катастрофы, то серьезной аварии.
Первый случай.
Я еще буквально первые месяцы на корабле. Идем в бухту Б.Моржовую к роднику-заправиться пресной водой.
Командир:-Видишь курс орешника на берегу? Держи курс на него. Вправо не ходить, влево не рыскать!
Я:-Вижу, понял.
Командир:-Видишь две скалы?
Я смотрю на берег, вижу орешник окруженный двумя скалами и уверенно говорю:- Вижу !
Идем малым ходом, все хорошо, вижу как командир улыбается во весь рот, я горд, что доставил своим виртуозным рулением ему удовольствие.
Вдруг он кидается к машинному телеграфу и начинает лихорадочно шуровать рукоятками - одной полный ход, другой- задний ход (у нас два движка и, соответственно, два гребных винта).
Ничего не понимаю, он молчит. Потом его прорывает:- В воду смотри! Видишь две скалы?
Перевожу взгляд на водную поверхность, и мои волосы встают дыбом. Буквально в пяти метрах от левого борта в безупречно прозрачной воде видна подводная скала с острым пиком. Такая способна вспороть наше днище как нож масло. По другому борту такая же скала на удалении около 20 метров. Пронесло, выскочили на необорудованный берег, пришвартовались, начали заливать цистерны.
Я возмущенный нагло предъявляю претензию командиру: -Хуйли, вы мне, салаге, не сказали, что это подводные скалы? Я их мог вобще не увидеть под бликующей водой. И команд от вас не было, я не мог понять причины вашей суеты с телеграфом.
Он просто отмахнулся от моих вопросов и сошел с мостика.
В кубрике меня просветил Культ. Он рассказал, что будучи курсантом Тихоокеанского высшего военно-морского училища им. С.Ю Макарова во Владивостоке, наш командир участвовал в драке с гражданскими. Перевес сил был на строне гражданских, но курсанты тогда носили палаши, а это резко увеличивало их шансы. Рубка была жестокой, хотя, по уверениям курсантов, они старались бить только плашмя, гражданские использовали подручные материалы-камни , колья, штакетник. Наш командир проявил себя храбрым воином, но получил серьезную травму черепа. После долгих разборок, нескольких курсантов отчислили, в 1952 году был издан приказ об отмене ношения палашей курсантами вне частей. Командиру повезло, ему дали возможность окончить Макаровку, но на всю жизнь у него остался нервный тик в виде улыбки и ,на некоторое время, отсутствие возможности говорить при критических ситуациях. Так что, если видишь улыбку на его лице , быстро осмотрись вокруг, возможно, что он увидел нечто, что может тебя прихлопнуть, а предупредить не имеет возможности.
Я был в шоке от этой новости. Потом приобрел опыт понимания разницы тика и его нормальной улыбки.
Второй случай
Август месяц, ясный солнечный день. Идем по длинному фарватеру входу в бухту Бечевинская, где дислоцировалась база подводных лодок и наша точка ПВО. На небе появляется одна единственная тучка, не внушающая каких-либо опасений. Начинаю связываться светом с постом наблюдения и связи:-Прошу добро на вход в бухту и швартовку к пирсу №3.
И тут нас накрывает снежный заряд. Бляяяя, ничего себе август, нихрена не видно, с поста светанули прожектором, я прочитал только первое слово "Добро", а что он дальше лепил не понял, но щелкнул "-" типа понял. Зашел в бухту, снег лепит, делаю разворот к пирсу №3, боцкоманда на стреме, и вдруг вижу какую-то постороннюю тень рядом с пирсом. Делаю "Право на борт" и ухожу на второй круг. И тут началось, одновременно по УКВ, светом раздались вопли: - Куда вас , Бля, несет, вам дано добро на швартовку к пирсу №8, срочно отойдите от пирса №3. Тут небо проясняется я вижу что у пирса №3 пришвартована подводная лодка в полупогруженном состоянии, торчит над водой только рубка. Вот ее я и срубил бы, если бы не мой ангел-хранитель.
Третий случай
Выходим из бухты Железная, пункт прибытия - Петропавловск-Камчатский, настроение приподнятое, погода ясная, легкая океанская зыбь, курорт одним словом. Стою на руле. Наш радиолокаторщик в отпуске, я забываю включить радиолокационную станцию "Днепр", а что- видимость миллион на миллион, маршрут исхоженный, ближний каботаж, ориентировка на местные ориентиры. Все как обычно. Нужно просто дойти до промежутка между двумя скалами, резко развернуться вправо и ты в океанских просторах. Я один в рулевой рубке. Командир не железный, он физически не может отстаивать все вахты, а про Юлю вы уже в курсе.
Как говорится "Ничто не предвещало беды". Но мыс Шипунский-зона перекрестных ветров, очень любит преподносить сюрпризы, как правило, неприятные. Вот и сейчас из за скал вырвалось облако густого тумана, которое мгновенно скрыло все видимые ориентиры. Я метнулся, включил "Днепр", но эта допотопная ламповая техника требовала на разогрев не меньше 10 минут. Иду вслепую, курс не меняю, внутренний голос настойчиво твердит "Пора сворачивать", мне страшно, экран радиолокатора темный, а голос повторяет "Крути, бляяя!!!"
Я надавливаю на манипулятор до упора "Право на борт" и с ужасом жду удара. Засветился экран локатора, я не вижу этих скал, между которыми должен пройти. Как слабая надежда в голове догадка- они в мертвой зоне? Стена тумана вдруг открывается, в солнечном свете вижу мой корабль точно посередине между двумя скалами. Голову вскружил буквально религиозный экстаз- Бог есть! Не было свидетелей этой ситуации, но если бы все пошло не так, были бы жертвы. Урок для меня был на всю жизнь "Не надеяться на "авось", везение не может быть бесконечным."
Позвольте маленькое отступление. Старшее поколение, которое нас воспитывало не нравоучениями или насилием, а только собственным примером, заслуживает самой высокой оценки. Люди беспримерного мужества и отваги, которые могли в шторм без всякой страховки прыгать с 4-х метровой высоты на болтающуюся на волнах швартовую бочку, влезать на 20-метровую мачту, чтобы поменять лампочку ходовых огней и т.д., никогда не страдали "крутизной", самолюбованием, каким-либо чувством превосходства. Они, зная цену риска, никогда не позволяли себе проявлять презрение к тем, кто по неопытности или слабости характера пасовал в передрягах. Они учили нас, что боятся все, кроме шизиков, бывают ситуации "непонятки", когда невозможно принять правильное решение, а трус- это человек, который знает, что надо делать, но не делает. Мое уважение к этим людям безмерно, и таких на Камчатке и в Приморье большинство (по крайней мере так было, про сейчас не знаю, думаю, что после 90-х волна бандитизма и приобретательства пропорции изменила). Коренных камчадалов не так уж и много, большинство населения - вербованные, страдающие ностальгией по Большой Земле. Нередко в автобусах, магазинах, просто на улице, услышав родной выговор, люди запросто могут спросить:- Земляк, ты похоже из Волгограда?(или с Вологды, Украины, Урала...) и тут же вопросы:- Давно оттуда? Как там? Кончается приглашением обсудить эти вопросы за чашкой водки. Нередко наши матросы, уходя в увольнение без копейки в кармане, возвращаись пьяными в умат и с подарками и деньгами.
Коренные камчадалы, ительмены, в частности, жили по своим законам. Нередко мы наблюдали как на на корме лодки сидит и курит трубку мужик, а женщина гребет веслами. На наш вопрос:-Мужик, ты чо бабу насилуешь? Он, попыхивая трубкой, спокойно отвечает:-Я думаю! Однажды в бинокль наблюдаю такую картинку: К магазину подходят ительмен с пацаном лет 6-7. Тот заходит в магазин и выносит оттуда бутылку спирта. Малыш тянет руки. Ительмен откупориват бутылку, пальцем отмеривает дозу и дает пацану. Затем отнимает бутылку из цепких рук малолетки, выпивает ее до дна, откидывает, оба закусывают снежком и пошли, не шатаясь.Шок!
Вернемся к делам корабельным. Перевооружение ПВО затянулось до осени, мотались без передыху, неделями сидели на консервах (до сих пор их ненавижу), сублимированных концентратах. Однажды получили экстенное задание идти на Командоры. Какую-то часть ПВО засекли американские ВВС, и было принято решение ее срочно передислоцировать на другой остров. Трюм был загружен под завязку, до отплытия оставалось часа два, как подъезжает бортовая машина с коровой на борту, из нее выходит старшина сверхсрочник и бросается в ноги нашему командиру:-Начальник отвези корову, наши детки на острове отродясь живого молока не видели, все только порошковое, да яичный порошок. Сжалься!
Надо сказать, командир, отец двоих детей, вобще был очень хорошим семьянином, страшно любил детей и непереносил детский плач. (Мой земляк Витька Витютнев обладал редкостной способностью имитировать различные звуки от индийских песен до плача новорожденных и, нередко, доводил его до истерики. Командир бегал по кораблю и искал, гдеже тут плачет младенец. Такой был унего садистский прикол.)
Старшина убедил командира, тот дал команду расчистить место между ракетами и сделать стойло для коровы, надежно фиксирующее ее на случай качки. Боцкоманда принялась за дело, и через час корова была помещена в тесное стойло. Рядом сложили тюк прессованного толи сена, то ли гороха, который привез старшина.
Стою на руле, нахлобучил густейший туман, с трудом различаю наш полубак. Включаю тайфон (туманные сигналы)-молчок. Вызываю радиста (он исполнял обязанности и штурманского электрика и электрика вообще). Говорит:-Ремонту не подлежит, а замены нет. Докладываю командиру. Его команда:- выставить пост на полубаке, подавать туманные сигналы рындой.
Делать нечего, посылаю Культа на полубак. Он , конечно, не в восторге. Из рубки перехожу на мостик, туман непроглядный, рында позвякивает.
Проходит некоторое время, я не слышу рынду, зато слышу приглушенные звуки напоминающие тайфон. Блин, сбегаю вниз, думаю: "наверное мой локаторщик уснул". Нет, тот бодрствует, на экране чисто. Опять лечу на мостик. Вижу, на полубаке никого нет, над трюмом открыты две лючины и оттуда раздается звук. Бросаю руль, бегом спускаюсь в трюм. Картина маслом- Сидит Культ, скармливает корове горбушки хлеба и периодически дергает ее за хвост. Та задирает голову и выдает протяжное "Му-у-у-у-у-у", которое, резонируя, вырывается через открытые лючины на простор. Дует был спаяный, корове общение нравилось, она быстро смекнула, что от нее хотят, и после очередной корочки хлеба мычала не дожидаясь , пока ее дернут за хвост. При угасании рефлекса, Культ возобновлял тренировку.
Эту идилию мне пришлось прекратиь, Культа вернуть на полубак, а через полчаса мы вышли из зоны тумана.
Полострова выбежало смотреть на корову. Многие взрослые, не говоря уже о детях, впервые видели ее не на картинке. Все хотели ее погладить просто потрогать. Зрелище очень трогательное даже для нас очерствевших в походах.
Чой то я притомился, продолжу позже.

Часть третья

Вспомнился один прикольный случай. Измотанные короткими, но беспрерывными переходами, приходим мы в бухту Моховую, чтобы заправиться горючим и продовольствием. Вечерело. Командир решил не швартоваться а встать на ближнем рейде. Наш каптенармус напомнил ему, что команда уже неделю не видела свежего хлеба ( типа, он не знал) и попросил разрешения сойти на берег и купить хоть несколько буханок пока не закрылись магазины. Разрешение было получено, и нас двоих на шлюпке переправили на берег

Быстро нашли магазинчик, набили брезентовую сумку хлебом и пошли к пирсу. Проходим мимо непримечательного одноэтажного здания из которого доносилась музыка и веселые женские голоса. Обнаружив вывеску "Дом культуры", решили посмотреть, что там деется. Закинули сумку в кусты. Заходим, а там... настоящий цветник, больше полусотни девушек танцуют друг с другом под магнитофон, и один патлатый парень исполняет роль диск-жокея.

Наше появление вызвало бурю восторга. Информацию нам слили мгновенно. Оказывается это поселок для вербованных работниц рыбоконсервного комбината. Пять многоэтажных женских общаг, никаких военных поблизости нет. "А значит нет комендатуры и патрулей"- быстро смекнули мы и заторопились поделиться этими новостями с командой.

Дом культуры тут же опустел. Мы спускались к пирсу в окружении весело щебечущих девчат, которые даже не позволии нам нести сумку с хлебом. Уже совсем стемнело, я достал фонарик, чтобы просигналить на корабль и вызвать шлюпку, а он мигнул только раз и сдох.

Выход был найден быстро: на пирсе было полно лужиц мазута. Мы сделали два факела и я используя их как сигнальные флажки вышел на связь. В ответ мне мигнул прожектор. Я не удержался и выдал: "Мужики, здесь 500 одиноких баб!"
Шлюпка летела, черпая бортами воду, как будто ее толкали не весла, а хороший мотор. Как в нее набилось 12 человек уму непостижимо. Контакт с местным населением продолжался почти до полуночи, шлюпка делала рейс за рейсом. Следующий день был воскресеньем, у большинства девочек был выходной. Я заступил дежурным по кораблю и команда заставила меня уговорить командира разрешить увольнения.

Командира я убедил под свою ответственность. Условие такое: отпустить всех свободных от вахты с 10 утра до 24.00. Если хоть один опоздает, всей команде месяц без увольнений. Наказание для меня командир обещал придумать.

Мы пришвартовались не к пирсу (он был слишком загажен нефтепродуктами) а рядом с ним, благо это десантный корабль. Раскрыли створки, опустили рамп и, радостная толпа ринулась на берег.

Теперь маленькая предыстория. Коком у нас был белорус Гена Сюрко. Он из тех бедолаг, которых загребли за два месяца до исполнения 27 лет. Сняли его с научно-исследовательского судна "Витязь", где он тоже был коком. По характеру нелюдимый, он вообще замкнулся в себе и за три года ни разу не сходил на берег (только съездил в отпуск на родину). Годки уговорили его использовать такой великий шанс, и он сдался.

Настал вечер. К полуночи вернулись все кроме Гены. При опросе выясняю, что его видели с какой-то девицей, но никто незнал куда он с ней пошел.

Делать нечего, иду докладывать командиру. Пока еще все не улеглись, делясь впечатлениями, предлагаю отправить несколько человек на поиск. Командир решил подождать часок.

Истекает час, я со вздохом поднимаюсь по трапу к каюте командира и тут-звонок вахтенного. Резко разворачиваюсь и бегу вниз. Из люка выползает Гена, пьяный в зюзю.

Веду его к командиру и походу инструктирую: - Гена, как зайдешь в каюту, вставь свое левое плечо в зазор между шкафчиками. Это поможет тебе сохранить равновесие. Командир обычно сидит спиной к двери, чтобы не палить выпивших, а смотрит в отражение в иллюминаторе. Докладываешь о прибытии, командир поднимает руку, вкладываешь в нее свою увольнительную, поворачиваешься и уходишь. Все понял?

Гена что-то промычал в ответ, я запустил его в каюту и воткнул его в зазор. Гена поднес руку к бескозырке, но вымолвить ничего не смог. Пауза затянулась и командир решил ее прервать:-Ладно,старшина, давай увольнительную...

Тут я сплоховал. Надо было самому передать увольнительную командиру и сгрести Гену, а я не среагировал. Гена выпал из зазора, сделал два шага вперед и... упал на командира. Тот его стряхнул, я тоже подсуетился, поставил Гену на ноги и подтолкнул к двери.

Командир развернулся:- Стой! Что это у тебя жопа в волосах?

Гена непонимающе что-то промычал в ответ, проведя рукой по заднице. Тут и я увидел, что на черных флотских брюках прилипли клочки рыжей шерсти.

- Я разберусь - заверил я командира и вывел нашего кока из каюты.

Спустившись в трюм, я обнаружил вахтенного кормящего рыжую лошадь солеными огурцами (в трюме стояла их целая бочка). Лошадь была взнуздана, но без седла. Вахтенный доложил, что Сюрко приехал на ней верхом.

Лошадь выгнали из трюма пока она не нагадила и стали ждать когда кок проспится да расскажет о своем приключении.

А дело было так. Из всех девок Гену прельстила жительница хутора, что в десяти километрах от поселка. Гена, как истинный джентльмен, решил ее проводить, там наугощался и решил использовать подручный транспорт. Как он нашел дорогу не помнит.
До самого ДМБ он больше в увольнения не ходил.

О службе морской

Часть четвертая

Осень 1967 года ознаменовалась событием, которое было принято всеми неоднозначно

Вышел ЗАКОН СССР от 12.10.1967 "О ВСЕОБЩЕЙ ВОИНСКОЙ ОБЯЗАННОСТИ"
Статья 13. Сроки действительной военной службы устанавливаются следующие:
а) для солдат II сержантов Советской Армии, береговых частей и авиации Военно-Морского Флота, пограничных и внутренних войск-2 года;
б) для матросов и старшин кораблей, судов и береговых частей боевого обеспечения Военно-морского Флота и морских частей пограничных войск-3 года;
в) для солдат, матросов, сержантов и старшин Советской Армии, Военно-морского Флота, пограничных и внутренних войск, имеющих высшее образование,- 1 год.

Наш призыв подпадал под действие этого закона, а дембеля, уже оттрубившие свои 4 года, завистливо поздравляли нас. Уходили на гражданку наши наставники - годки флота, прибыли новобранцы со школьной скамьи. Провожали дембелей со смешанными чувствами, с одной стороны - привыкли друг к другу, с другой - изрядно надоели.

Вот фото на память БЧ1(Демон, Культ, я)

О службе морской

А вот кочегар сокрушается по поводу расставания со своим наставником.

О службе морской

Даже с Драконом приятно сфотаться напоследок

О службе морской

Началось обучение молодняка. Как всегда собрался весь интернационал- прибалт, татарин, башкир, казах, парочка хохлов, два еврея-одессита. ну и два русака.

Опять мичман сокрушался:-Бляя! Всю шваль на флот пихают.
На самом деле ребята, в основном, оказались толковыми и порядочными, быстро влились в команду и впряглись в повседневную работу.

В мое отделение попали как раз оба русских - Валера и Володя, оба сибиряка.
Валера окончил музыкальное училище по классу баяна, неплохо пел, был высоким видным парнем, пользовался успехом у женщин и был склонен к самолюбованию.

Владимир отличался деловитостью, скромностью, цепкой памятью и хорошей координацией. Его я поставил старшим матросом и стал натаскивать себе на замену.

Наконец то уволили старпома-алкаша, но, похоже мы рано радовались. На его место пришел молодой лейтенант окончивший Красноярское командное речное училище, на счету которого была одна навигация на Оби.

Это был качок двухметрового роста, с ладошками способными охватить баскетбольный мяч, амбициозный и высокомерный. Он сразу решил искоренить традиции привнесенные "старой гвардией" и начал с отучения команды от мата. Методика была простой до слез (в буквальном смысле слова). Услышав от кого-нибудь матерное слово, старпом подзвал его к себе, оттягивал средний палец и лепил "шпалу" по темени. Учитывая величину и силу его пальчиков, удар пробивал до задницы. Теперь, прежде чем матюгнуться, все боязливо оглядывались.

Семин сразу взялся за исполнением обязанностей штурмана, указав, что наше место только на ходовом мостике. Он отмахнулся от моих попыток объяснить ему как вести астрономические вычисления, как обрабатывать извещения мореплавателям, как прокладывать курс между полигонами и экономить время и топливо. Я дипломатично высказал ему, что признаю речное судоходство более сложным чем морское, но и здесь есть своя специфика, не зная которую можно навлечь много бед. Эти беды не заставили нас долго ждать.

В первом же походе, курс на который рассчитал Семин, мы вошли на территорию полигона, где намечалось проведение ракетных стрельб.
Внезапно из-за горизонта выскочил большой противолодочный корабль БПЛК, светом и по УКВ сообщил, что наш корабль арестован за вход в запретную зону и приказал следовать за ним.
Лихо развернувшись, он дал полный ход и вскоре скрылся за горизонтом.
Через некоторое время он вернулся: - Почему отстаете? Следуйте за мной полным ходом! Когда мы сообщили, что самый полный ход нашей "коробки" - 17 узлов, полкоманды БПЛК упали от смеха.

Видимо посовещавшись нам дали другую команду:-Следуйте в бухту Вилючинскую. Командиру приготовиться к отправке в штаб Камчатской флотилии КТОФ на вертолете.

Через часа два прилетела железная птица и унесла в когтях нашего папу.
Три дня мы отдыхали под арестом, рыбачили, ловили крабов и гадали, как там измываются над нашим командиром.

Старпом однако свой апломб не терял и ошибку признавать не хотел.

Вернулся наш кэп. Вызвал нас обоих в каюту. Начал с обвинений в мой адрес:- Почему не проверил прокладку курса?
Я в недоумении ответил прямо:-Как я могу проверить офицера, который сразу установил принцип "Я начальник, ты-говно!", человека, который считает унижением получать знания от нижестоящего.

Кончилось тем, что командир поручил мне делать все проводки, а Семину порекомендовал быть проще. Наши отношения со старпомом отнюдь не стали менее натянутыми.

Однажды я застал его на мостике, пытающимся определиться с помощью секстана. Без всякого злого умысла я предложил ему помочь, на что он ответил матом. Порядок есть порядок, я с удовольствием влепил ему "шпалу".

Парадоксально, но с этого момента наши отношения потеплели, дистанция, которую старпом тщательно воздвигал, стала сокращаться. Уже через месяц старпом демонстрировал нам личный рекорд: выпивал подряд 7 стаканов (ключ на 200) водки, закусывал одной печенюжкой и уходил на блядки. Здоровый был лось.

Штурманское дело он вскоре освоил вполне удовлетворительно, но по своей барской натуре старался сбагрить на меня, особенно работу с извещениями мореплавателям и коррекцию карт.

Весной 1968 года произошел случай, внешне незначительный, но имеющий для меня знаковое значение впоследствии.

Ночью мы выходим из Авачинской бухты, вдруг нас тормозят сигналом с поста наблюдения и связи, требуют остановиться и принять на борт каких-то инспекторов. Через некоторое время к нам пришвартовывается катер, из которого на наш борт поднимаются два офицера. С мостика я это наблюдаю, но рассмотреть их не мог.

Окончилась моя вахта, спускаюсь в кубрик и вижу на моей подвесной койке лежит подполковник а второй, свернувшись калачиком, лежит прямо на рундуке.

Я потоптался около них и решил , нарушив субординацию, разбудить обоих.
-Товарищи офицеры, я не знаю, кто вас сюда определил, есть вариант более комфортный!

Открыл мой лазарет (двухместную каюту), показал где что лежит и пожелал спокойной ночи. Походу выяснил, что они комиссия из ВМА с инспекцией по приказу МО, и между прочим сказал, что моя мечта поступить в это заведение. Расшаркались и расстались.

Опять таки на моей вахте они покинули наш корабль в Финвале (бухта Бечевинская-база подводных лодок).

Чтобы излишне не интриговать читателей (да, и в плане у меня нет описывать перепетии моего поступления в академию) сообщаю, что один из этих подполковников в период моего поступления оказался секретарем приемной комисии ВМА, узнал меня и очень сильно помог.

Цунами
Август 1968.Мы собрали с точек дембелей, около ста человек, и медленно двигаемся по длинному и узкому фарватеру входа в бухту Бечевинскую.
Только входим в бухту, завыли ревуны, с поста наблюдения и связи дают команду:- Всем кораблям срочно покинуть бухту выйти в квадрат такой-то, встать на якорь, соблюдая все меры безопасности, ждать особого распоряжения. Приближается цунами. Информацию о динамике продвижения на частоте *** УКВ.

Что тут началось, мы, оказавшись первыми к выходу из бухты, естественно вошли в фарватер. Без бинокля было видно, как с землечерпалки "Пекин" матросы кинулись покорять сопку, как солдаты и гражданские толпами также штурмовали сопки.

Радист подключил матюгальник к выходу УКВ приемника и все, в том числе и наши пассажиры-дембеля, слышали угрожающие новости о высоте волны и скорости ее перемещения.

Среди них началась самая настоящая паника. Кричали:-Высадите нас на берег! Мы уже телеграммы дали домой! Мы не хотим умирать!

Обяснения, что "Никто не хотел умирать" и что мы уже в фарватере, где нас подпирают атомные подводные лодки, матерящие нас по "громкой" на все лады за тихоходность, эффекта не имели. Синдром толпы...

Увидев, что некоторые отчаявшиеся пытаются выпрыгнуть за борт, командир дал приказ верхней команде применить оружие. Когда на палубе появилась дюжина матросов с АКМ наперевес, а особенно после нескольких очередей поверх голов, страсти поутихли, всех пассажиров загнали в трюм, и обстановка стала менее напряженной.

Информация шла через каждые 10 минут и не очень утешительная.

Я не надеюсь на свою память, да и не хочу давать повода "аналитикам" ЯП, которые ищут любую неточность, чтобы сшибать себе заветные юкки, поэтому этих данных даже не пытаюсь воспроизвести. Скажу одно - было страшно и не по себе от того, что мы загнали в трюм этих дембелей, хотя другого выбора и не было.

Вышли в квадрат, встали на якорь. Я уже отстоял свою вахту, но командир попросил остаться на мостике, оставил включенными главные двигатели и машинный телеграф, проинструктировал как быстро развернуть корабль на волну и оставил меня одного.

Я, борясь со сном, слонялся по мостику, слушал трансляцию. Подошел командир. Последнее сообщение: высота волны 8 метров удаление 90 миль, скорость 360 км/час.
Я бодрячком:-Разве это волна? Правда, скорость...
Командир:-Нам хватит...

Смеркалось, я до боли в глазах всматриваюсь на горизонт, откуда должна появится эта волна.
Вдруг там появилась какая-то дымка с белыми проблесками.

Я включил ревун, развернул корабль носом на приближающуюся волну, в трюме раздался вой.

Через несколько минут к нам подошла волна высотой не больше трех метров, нас чуть болтнуло и опять полный штиль.

Было даже обидно пережить столько страхов и не увидеть цунами, но рассудок говорил- это твое счастье, что ты его не увидел.

Выпустили дембелей из трюма, они расположились на трюме, отдышались.

Зашли в бухту, предварительно пропустив вперед подводные лодки, взяли на борт еще человек 20 дембелей и наутро отправились еще на одну точку.

Швартовался я самостоятельно, как всегда на необорудованный берег, все было уже отработано до автоматизма, мешала только толпа дембелей на палубе. Мой Валера-красавчик стоял в картинной позе перед дембелями и травил швартовый трос в лебедку. Я, носясь по мостику взад и вперед, регулируя натяжение якорной цепи и швартовых тросов, мельком глянул на него, крикнул:- Валера, не выебывайся, соблюдай дистанцию! Он важно кивнул головой. Не успел я перейти назад, чтобы проконтролировать расчет на юте, как услышал крик. Кинулся вперед, увидел Валеру, которого затягивает в лебедку и бледного крановщика с опущенными руками.

Выключаю все электрооборудование корабля ( благо такой рубильник был на мостике) и сбегаю вниз. Толпа дембелей подалась назад. Валера, слава Богу, в сознании.

Посылаю своего Володю на мостик включить рубильник, боцман становится сам за пульт лебедки. Сдаем назад, я высвобождаю руку Валерки, на всякий случай сжимая ее (вдруг артерии повреждены), затем, пока он не упал, веду его в наш кубрик. По пути какой-то любопытный срывает с его руки рукавицу, из которой на палубу посыпались пальцы. Толпа загудела. Валера, увидев это повис у меня на руках.

Все таки я затащил его в кубрик, опасаясь развития травматического шока, влил в него весь имеющийся у меня спирт и, когда он подействовал, приступил к ревизии раны. Зрелище было удручающее: все пальцы кроме большого были срезаны по вторые фаланги. Промыл перекисью, наложил повязки. Пришел командир. Доложил ему, что нужна срочная операция, надо вызывать вертолет. Дали радиограмму, ждали ответа часа три, затем получили отказ по погодным условиям и предложили идти опять в Бечевинку, где могут оказать хирургическую помощь.

Не обманули, стало штормить, мы с Володей поочередно стояли на руле.
Пьяный Валера пел грустные песни и плакал, что теперь не сможет играть на баяне.

Связались с Бечевинкой, когда через 8 часов хода мы пришли в 3 часа ночи, на пирсе нас уже ждал капитан медицинской службы. На тягаче нас доставили в медчасть.

Капитан сообщил, что все его фельдшера на точках, и спросил могу ли я ему поассистировать. Я с готовностью согласился.

Капитан достал из автоклава не халаты, как я ожидал, а пару спортивных костюмов х/б. Доктор видя мое недоумение пояснил:-Понимаешь, все халаты после многочисленного автоклавирования превратились в хлам, вот и пользуемся тем, что имеем.

Валеру положили на операционный стол и начали операцию. Полтора часа доктор скрупулезно отделял раздавленные участки, сшивал разорванные сухожилия, кожные лоскуты.

Я поражался его оперативной техникой. Оказалось, что он в этой глуши оперирует буквально все, в этой убогой санчасти он, пусть на самом примитивном уровне, создал операционную, уже три года не был в отпуске, не может бросить пациентов.

Предлагали ему замену в Германию с повышением, отказался.
Говорит:-Офицеры туда стремятся чтобы прибарахлиться, детишек обуть-одеть, а мне холостяку ничего этого даром не надо.
Я нужен здесь и в этой должности. Как в песне Высоцкого "Капитан, никогда ты не будешь майором".

После операции капитан категорически отказался отдать нам Валеру:-Я должен за ним понаблюдать весь острый послеоперационный период, пять дней минимум.

Мы пошлепали дальше собирать остальных дембилей.

В этот день пришла радиограмма, что на мое имя поступил вызов в ВМА.
Я взволновался. Последний случай снизил мои шансы до нуля. Валеру спишут однозначно, если меня отпустить, то в отделении останется один рулевой-сигнальщик. Какой командир на это пойдет? Видимо не судьба. Все отодвигается на один год.

Командир, видя мой удрученный вид, сам начал этот разговор.
-Что ты нос повесил? Сам виноват, не усмотрел. Значит драть надо было этого красавчика заранее, смотришь, и беды бы не было. И что теперь делать? Я - человек слова, сказал отпущу, значит отпущу. Но ты и меня пойми, на руль я могу поставить любого из верхней команды, а сигнальная вахта? Один рулевой сигнальщик- это считай что ни одного. Найди мне еще одного и свободен!

Когда появляется шанс, вспыхивает надежда, и мозг напряженно ищет решение. Мой мозг отказался искать его, пришлось обратиться к коллективному разуму.

Мои одногодки собрались на совет. Задача была не из легких, нужна была кандидатура, которую можно было бы дня за два, а больше в резерве не было, натаскать по сигнализации светом хотя бы до уровня учебки (знаков 30 на прием, 60 на передачу).

И тут кого-то осенило:- Мужики, Юхан (прибалт) как-то хвалился , что занимался радиоспортом и морзянкой общался чуть ли не со всем миром. Тащите этого молодого сюда.

Юхан был не в восторге от предложенной ему переспективы:- Мне и так хорошо в боцкоманде, когда вы паритесь с вахты на подвахту и т.д. и сопли морозите на мостике, мы высыпаемся и чем продолжительней поход, тем больше.

К физическим методам убеждения прибегать не пришлось, чисто на словах ему описали ужасные последствия его отказа. От такого предложения он не мог отказаться (избитая фраза из детективного жанра подходила к ситуации самый раз).

Мы засели в штурманской рубке. Сначала поработали на ключе с лампочкой, вечером на прожекторе. Парень хоть и ленивый, но усваивал все прочно. Отпустил я его только под утро.

Сделали крюк в Бечевинку, забрали Валеру и взяли курс на Петропавловск-Камчатский.

Я доложил командиру , что подготовил сигнальщика.
Он поморщился:- Юхан, этот увалень...,да он при ходьбе себе на х*й наступает. Тем не менее согласился его прэкзаменовать.

К моему удивлению, Юхан не подвел, не сделал ни одной ошибки при приеме текста, который набивал на ключе сам командир, видимо опасаясь. что я натаскал Юхана на стандартные штампы (тогда, правда, не знали еще об ЕГЭ, но тенденция витала в воздухе).

И командир сказал:-Добро, собирай вещички.

По приходу в Питер, я отправил Валеру в госпиталь. Доктора подивились ювелирной точности проведенной ему операции, узнав, что это работа капитана с Бечевинки с ноткой зависти промычали:-Ну, конечно, все LEGE ARTIS!

На этот раз мы встали у пирса, и это чуть не сыграло роковую роль.

После отбоя собрались мои одногодки в штурманской рубке на отвальную.Культурно попили водовки, почирикали и после моей команды:- Пьянку прекратить, бутылки за борт! забыв, что мы у стенки, кто-то выкинул в иллюминатор бутылки и остатки закуски.

Они грохнули о бетон прямо перед иллюминаторами каюты старпома.
Поняв ошибку, я быстро эвакуировал толпу, проветрил штурманскую и стал спускаться по трапу на ют. Там меня уже ждал Семин.

Я в очередной раз подумал, что видно не судьба мне исполнить свою мечту, ни одно так другое.

Семин спросил:- Ну что, попрощались?
Я:-Да, как положено...
Семин:-Ну. иди отдыхай, завтра разберемся.

После это двусмысленной фразы уснуть я не мог. Пошел на пирс, вместе с вахтенным ликвидировали последствия.
Утром на борт поднялся командир. Построение, доклад:-Происшествий не случилось. Семин молчит, я ловлю его взгляд, но он упорно отворачивается. Строй распускают. Семин с командиром уходят в кают-компанию. У меня мандраж.
Затем вызов к командиру.
-Ну, как готов? Сейчас придет за тобой машина, в штаб и потом в морпорт. Сегодня отходит "Советский Союз" во Владивосток- это твой шанс.

Радостная мысль:-Семин не сдал! Перевоспитался мужик!

Читателям спасибо за терпение! =)

Источник


Оставить комментарий
Лучшие посты
Сахар Тарбан: 50 операций, чтобы быть похожей на Анджелину Джоли Сахар Тарбан: 50 операций, чтобы быть похожей на Анджелину Джоли Натали Эммануэль — обнаженные снимки актрисы из «Игры престолов» (18+) Натали Эммануэль — обнаженные снимки актрисы из «Игры престолов» (18+) Почему Алле Пугачёвой нельзя было венчаться с Галкиным Почему Алле Пугачёвой нельзя было венчаться с Галкиным Сходил за грибочками: необычная находка в лесу Сходил за грибочками: необычная находка в лесу Хакеры поделились украденными фото голой Рианны Хакеры поделились украденными фото голой Рианны Настоящий генерал швейных войск — суровый таджикский дембель Настоящий генерал швейных войск — суровый таджикский дембель Актеришка какой-то: реакция Лозы на слова Дюжева, оскорбившие россиян Актеришка какой-то: реакция Лозы на слова Дюжева, оскорбившие россиян С гранатой шутки плохи (жесть) С гранатой шутки плохи (жесть) Анастасия Заворотнюк: как всё легко просрать Анастасия Заворотнюк: как всё легко просрать Анекдоты и прикольные картинки (66 фото) Анекдоты и прикольные картинки (66 фото) Кирилл Терехин «Руки базуки» по всей вероятности доигрался Кирилл Терехин «Руки базуки» по всей вероятности доигрался Перестрелка в «Москва-Сити» произошла на банкете с участием звезд эстрады Перестрелка в «Москва-Сити» произошла на банкете с участием звезд эстрады Что срывается под псевдонимами звезд отечественного шоу-бизнеса Что срывается под псевдонимами звезд отечественного шоу-бизнеса Это стоит прочесть! Очень сильно! Это стоит прочесть! Очень сильно! «Засинтоленный» Кирилл Терешин стал еще краше «Засинтоленный» Кирилл Терешин стал еще краше Анекдоты и прикольные картинки (76 картинок) Анекдоты и прикольные картинки (76 картинок) Кирилл Терешин из Пятигорска потерял «руки-базуки» Кирилл Терешин из Пятигорска потерял «руки-базуки» Анекдоты и прикольные картинки 15.11.17 Анекдоты и прикольные картинки 15.11.17 Сказ о том, как Кирилла Терешина из спорт-зала выгоняли Сказ о том, как Кирилла Терешина из спорт-зала выгоняли Смешные картинки для поднятия настроения (39 фото) Смешные картинки для поднятия настроения (39 фото) Зарина Цолоева — внешность может быть обманчива Зарина Цолоева — внешность может быть обманчива Ярославцы собрали деньги на дом ветерану: на стройку явилась полиция Ярославцы собрали деньги на дом ветерану: на стройку явилась полиция Путешествие в прошлое с уникальными архивными фотографиями (86 фото) Путешествие в прошлое с уникальными архивными фотографиями (86 фото) «Вокзал для двоих»: как Басилашвили уважение заключенных заслужил «Вокзал для двоих»: как Басилашвили уважение заключенных заслужил Интересные и редкие ретро-фотографии (44 фото) Интересные и редкие ретро-фотографии (44 фото) Задержали за хулиганство, а через пару часов он сгорел в камере Задержали за хулиганство, а через пару часов он сгорел в камере ФСБ поймало жителя села с GPS-трекером для слежения за теленком ФСБ поймало жителя села с GPS-трекером для слежения за теленком Смоленские подростки : «Рейд смерти — били всех» Смоленские подростки : «Рейд смерти — били всех» Интересная история: Долг платежом красен… Интересная история: Долг платежом красен… Лихие поляки во время Варшавского восстания Лихие поляки во время Варшавского восстания
Еще посты